Солнце слева сзади (nichego_vajnogo) wrote in ru_pelevin,
Солнце слева сзади
nichego_vajnogo
ru_pelevin

Category:

Перевести стрелку

Перевести стрелку
(фанфик)


Вот и все. Анжей перекинул накладку. Вторую. Взялся за рычаг перевода стрелки, вспоминая, что должен, кажется, там быть не один рычаг, а два, и передвигать их следует как-то по-особому, взаимосвязанно. Когда полосатый указатель уже менял направление, Анжея ударили по затылку. Чем-то, вроде бы, мягким, но разом выбросившим в безмолвный мрак.


***

Он брел уже второй день. Лес сменился лугом. Дальше открылось засеянное молодым горохом поле. Анжей с удовольствием раскусывал нежные, наполненные сладким соком горошинки, чувствовал как что-то откликается в памяти. То-ли схожие сны, то ли фантазии. Но слово "горох" он точно знал. Горох. Кузнечик. Стриж. Откуда?

За полем начался молодой подлесок. Затем - выжженная сухая плешь. Потом - опять подлесок и странные луга. Анжей понял, что раньше здесь стояли дома. Много домов. Массивных, возможно, очень высоких. Их фундаменты там и тут выглядывали из поросли. Деревья вокруг почему-то были низенькие, чахлые. Кусты - редкие, трава не буйствовала как прежде. Всюду каменные зубцы, плиты в красных пятнах - следах въевшейся ржавчины.

Ржавчина. Улица. Город. Знакомые слова встречали наконец свою суть. Здесь жили люди! Жили в неподвижных домах. Ходили из дома в дом, - им это дозволялось! Возможно, сидели на лавочках возле подъездов, наслаждаясь пением птиц и белыми облаками. Подъезд. Лавочка. Лестница. Собака. Кошка.

Анжей был в смятении. Незнакомый мир набросился на него, не позволял опомниться. Затопил образами. Слова выкрикивались и обволакивали вспыхивающее понимание; заслоняли что-то важное и плели сеть, утверждавшую, что она и есть подлинный мир, сам себя объясняющий, выстраивающий все в единую гармоничную нить. Или путь. Полотно. Шпалы слов соединяли рельсы судьбы. Или замысла. Чьего-то. Точно не Анжея.


***

- Может, все-таки тут? Прямо у стрелки?
- Анжей, ты понимаешь, что такое девяносто в час? Ты хоть раз с трамвая-то спрыгивал? С обычного, когда он уже почти встал? - Бздынек выглядел не то, чтобы раздраженным, - усталым, скорее. Сколько раз можно повторять упрямому ребенку очевиднейшие истины...
- Да, Анжей, не надо. - Ганелька смахнула волосы со лба привычным богемным движением. - Давай, как договорились. Ведь все посчитали уже, проверили.
- А если не успею?
- Ну, значит, не успеешь...
- Тогда вы все умрете. Все. Сколько в поезде душ?
- Хочешь, чтобы кто-то еще попробовал? - Бздынек прищурился. - А не выйдет. Ты тут такой один. И подумай, почему. Да ведь подумал уже, поди.
- Подумал...
- Короче так... Через пару часов, на повороте, когда состав замедлится, прыгаешь, шпаришь через лес, и переводишь стрелку. И все тип-топ. Как уговорено.
- Вон она! - Ганелька указала на что-то, и все трое разом высунулись в раздвинутое окно.
Ветер ударил Анжею в лицо, волосы Ганельки защекотали кожу, мешали смотреть. Потом что-то пронеслось мимо. Какая-то решетчатая башенка, огни - блеклые средь июльского полдня, - кажется, переезд с опущенным шлагбаумом. Локомотив издал оглушительный свист, будто вонзившийся в сознание, прошивший навылет.
- А вон мост!
Повернувшись в противоположную сторону. Анжей увидел, что от стрелки в лес ведет еще один путь. Вилка. Убегающий влево коридор, и что-то брезжит там вдали. Какой-то фокус перспективы. Точка, где сходится мир. Разрушенный мост...
Как же приятно было разом спрятаться от ветра и от зрелища этого моста...
- Тебе на все про все трое суток. Плюс-минус час-полтора. Считай - плюс час - минус три, если с запасом. Времени полно. Ну, что еще?..
- Да ничего. Просто никак понять не могу. Почему стрелка установлена на мост. Не назад. Трасса-то двухпутная. Поезд делает петлю, да. Но почему не двинуться назад, откуда мы едем?
- "Тайна сия веками скрыта и разгадыванию мерзка!" - замогильным голосом продекламировала Ганелька, и все рассмеялись. Нервно, почти истерически. Где-то в купе лежала Книга Колесиса. Скрепленная синей изолентой обложка, половина листов потеряна, другая половина, напечатанная странным строгим шрифтом, почти нечитаема. Или Калепсиса? Неясно. Ну и пускай...


***

Ноги промокли. Один раз, вынырнув из беспамятства, Анжей отметил, что его перетаскивают через ручей или болотце. Волокут, обвязав толстой веревкой. Временами во мраке слышались голоса.
- Интересно, он Экхарта читал?
- Этот? Та ну... Скажи еще, базарил. С ним.
- Да как знать. Ты-вот - чисто ангел. А черт же! Ха!
- Та...
- Спасти душу, того не желающую - как пытать ее, заживо варя в смоле.
- Фимон, хорош трепаться. Смотри, куда прешь.
- Все. Кидай его. Не могу больше. Давай перекур.
- Да почти пришли же.
- Кидай!

Темнота.
Свет.
Голоса.

- Ну вот. Добрались.
Анжей мог видеть. Его поставили на ноги. Вытащили изо рта кляп (оказывается, был кляп).
- Смотри, мил человек.
Один из спутников развернул Анжея чуть вправо.
Разрушенный мост. И поезд.
Поезд стоял на путях. Позади него был мост, средние пролеты которого обрушились в реку симметричной "V".
- Ну, давай теперь сам. Ножками. Вперед.
Крепко держа Анжея под руки, провожатые повели его к поезду.


***

Анжей свел ноги вместе, готовясь согнуть их, оттолкнулся от поручня и прыгнул. Назад по ходу движения. В первый момент ему показалось, что ничего не выйдет, что непременно упадет, и никакая группировка с кувырками тут уже не поможет. Но ступни ударились о землю одновременно, и в то же мгновение начался бег - отчаянный, изо всех сил, грозящий разорвать связки. Неясно, сколько он так бежал, - минуту или жизнь, - все исчезло кроме внимания, словно зависшего у самой земли, где бешено молотили его кроссовки. Постепенно снижая скорость, теряя неосознаваемую более связь с уходящим вперед поездом, он вновь обрел восприятие времени.
А мир вокруг был другим.
Поезд исчезал. Растворялся. С затиханием звука колес и рельсового эха, повисла сперва плотная тишина. Затем стала наполняться совершенно незнакомыми звуками. Стрекот насекомых в сухой выгоревшей траве возле насыпи. Пронзительный писк каких-то птиц, пока еще незримых, где-то в вышине, за границами мыслимости.
Анжей побрел прочь. Он не особо думал о том, куда идет, но вдруг спохватился и, сверившись с солнцем, двинулся к темной стене леса. Нужно было спешить.


***

Поезд был пуст.
Анжей прошел в третий вагон, открыл дверь в четвертое купе. Пусто. Прибрано. На верхних полках аккуратно свернутj постельное белье. На откинутом столике - толстая книга с переплетом, проклееном синей изолентой.
Анжей открыл ее наугад, и в тот же миг состав вздрогнул. Тронулся.
На странице, пропечатанной с одной стороны древним примитивным механизмом (в памяти всплыло почему-то "ромашка") при очень большом старании можно было прочесть:
"Поезд набирал ход, и вместе со стуком колес возникало все остальное."
"Голоса и звуки из окружающего пространства беспрепятственно проникали в голову и начинали перекатываться внутри, как шарики в лотерейном барабане, становясь на время его собственными мыслями".





Tags: ИЛК, фанатизм - это страшная сила, экранизации
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments